Я до сих пор не могу забыть тот страшный день, когда мечта внучки чуть не разбилась вдребезги из-за папиллом и из-за меня
Мы шли из танцевальной студии, Настя-внучка прятала руки. Тыльная сторона ладоней у неё покрылись мелкими папилломами. Она старалась скрыть их, но я всё видела.
— Бабушка… — тихо сказала она,
— Сегодня Паша мой партнер… он… сказал, что не будет участвовать со мной в соревнованиях.
— Как это? — переспросила я, не веря своим ушам.
— Он испугался заразиться… У меня эти штуки на руках, и он сказал, что это опасно. Я так долго готовилась! — и Настя вдруг заплакала.
Я обняла её, сердце рвалось на части.
— Настенька, милая, не плачь. Мы обязательно с этим справимся, я тебя не оставлю.
Но сама я в душе была в панике. У меня на шее тоже папилломы — маленькие, как бугорки. Я всегда думала, что это просто возраст, ничего страшного. А ведь, наверное, я и начала это всё...
Сразу же мы поехали к врачу
Доктор внимательно осмотрела Настю, а потом меня.
— Папилломы — это видимое проявление вируса папилломы человека. Почти у всех он есть, но если иммунитет ослаблен, наросты появляются.
Врач посмотрела нам всем в глаза и продолжила:
— Поскольку бабушка обнимает внучку, а мама пользуется с ней одними полотенцами и вещами — вирус легко переходит из поколения в поколение. Это как замкнутый круг.
Я вздрогнула:
— А как же мы остановим это?
Доктор улыбнулась, но серьёзно:
— Лазером удалять можно, но это дорого и больно для ребёнка.
Есть крем — Папилофаг. Очень бережный, с натуральными компонентами. Наносите точечно дважды в день. Через пару недель папилломы подсохнут и отвалятся.
Все поняли, заказали, приступили к лечению
Папилофаг приехал на следующий день, спасибо новым сервисам, конкретно Вайлбересу.
Дома я села рядом с Настей:
— Знаешь, внучка, сейчас мы будем бороться вместе. Я — с этими своими бугорками, ты — с твоими. И мама тоже.
Она смотрела на меня с лёгкой надеждой:
— Ты правда будешь вместе?
— Конечно, Настенька, мы одна команда!
Первые дни крем мазали вместе, устраивая маленькие ритуалы.
— Смотри, как я аккуратно наношу, а ты — тоже постарайся, чтобы точно на папилломку попадать. Мы с тобой — как настоящие танцоры внимания и терпения!
— Как робот, — ответила она с улыбкой и держала руку прямо, чтоб не сбиться.
Через три дня — Настя показала мне руки:
— Бабуля, смотри! Они потемнели и подсохли!
— Дай-ка посмотрю… Господи, правда ведь! — сказала я и даже не сразу поверила своим глазам. — Настенька, да это уже начинает уходить!
Настя сначала молчала, а потом вдруг улыбнулась так, как не улыбалась уже давно.
— Значит, Паша снова со мной будет танцевать? Я не успела ответить, как в комнату заглянула дочь.
— Мам, ну как? Есть изменения?
— Есть, — ответила я. — И, похоже, хорошие.
Мы все втроём стояли у окна, и я впервые за эти дни почувствовала, что в нашем доме снова стало легче дышать.
Потом заболела уже моя душа. Я смотрела на свои папилломы и думала: «Сколько же я тянула… Сколько лет жила и не считала это проблемой». А ведь всё началось именно с таких мелочей — с одного неосторожного “да ладно, потом разберусь”.
Настя тем временем каждый вечер напоминала:
— Бабушка, не забудь намазать!
— Не забуду, родная, — отвечала я. — Теперь уж точно не забуду.
И мы действительно всё делали вместе. Утром — обработка. Вечером — снова. Настя даже завела себе маленький блокнот и рисовала в нём палочки: «1 день, 2 день, 3 день…»
— Это чтобы не забыть, сколько осталось до соревнований, — серьёзно объясняла она.
На пятый день она подбежала ко мне на кухню:
— Бабушка! Одна совсем отвалилась!
— Покажи!
Она протянула ладонь, и я почувствовала, как у меня дрогнули руки. На руках не было ни одной папилломки.
— Вот видишь, — сказала я и погладила её по голове. — Мы всё делаем правильно.
— А у тебя? — спросила она.
Я подняла воротник и чуть смутилась.
— И у меня уже лучше. Тоже подсыхают.
— Значит, победим? — тихо спросила она.
— Обязательно победим, — ответила я.
И вот тут я впервые увидела, как у неё в глазах снова появился огонёк. Не тот испуганный, не тот заплаканный, а настоящий — детский, живой, спортивный. Такой, каким он и должен быть.
Через неделю Настя мне сказала:
— Бабушка, я хочу позвонить Паше.
— Зачем же?
— Хочу сказать, что скоро приду на тренировку. Пусть не думает, что я сдамся.
Я улыбнулась и только кивнула. Когда она позвонила, голос у неё сначала дрожал.
— Паша, привет… Я… я скоро вернусь. У меня уже всё прошло.
На том конце трубки было молчание. Потом он неловко пробормотал:
— Ну… хорошо. Если правда всё прошло.
Настя после этого долго сидела на диване и молчала.
— Обидно? — спросила я.
— Немножко, — призналась она. — Но ничего. Главное, я снова могу танцевать.
Тогда я поняла, что нельзя тянуть до последнего. Нельзя надеяться, что «само пройдёт», если речь идёт о здоровье и о детских мечтах.
А потом были соревнования
Настя стояла в зале в красивом платье, с идеально собранными волосами, и я смотрела на неё и не могла поверить, что ещё совсем недавно она боялась даже поднять руки.
Когда объявили их пару, Паша всё-таки вышел на паркет с ней. Не потому, что вдруг стал смелее, а потому, что всё уже было позади.
Но это уже совсем другая история.
Мой вывод такой
Убирать нужно не когда станет проблемой, а когда заметили. И убирать — всей семьёй одновременно. Иначе вирус будет ходить по кругу.
Папилофаг прекрасно справился.
Нажимайте и заказывайте Папилофаг на вайлдберис со скидкой. От души рекомендую!